23:36 

На границе яви и сна

Кринум
У меня много идей! Проблема в том, что большинство из них — полная хрень!
Название: На границе яви и сна
Автор: Кринум
Бета: 1 - глава 18 июня 1946; вычитка всего текста La Trapera
Персонажи: Канда/Лави, ЧО
Рейтинг: R
Жанры: Слэш (яой), Романтика, Мистика, Ангст, AU
Предупреждения: ООС
Саммари:Возвращение Лави и Книжника в Орден спустя три года. Отношения, что были в прошлом, зашли в тупик. Но что делать, если на одной из миссий Чистая Сила выкидывает фокус, которого никто не ожидал?
Размер:миди
Статус: в процессе
Публикация на других ресурсах: только предупредите


Глава 3. Первое задание

- Двадцать седьмая секция, - Аллен сосредоточенно обводит взглядом похожие друг на друга стеллажи.
- Это дальше, - подсказывает Лави, не отрывая взгляда от отчета, что лежит на столе перед ним.
- И как ты только все это помнишь? – с улыбкой в голосе спрашивает Аллен.
- У меня все здесь, - ухмыльнувшись, Лави касается двумя пальцами лба, не скрытого банданой.
- Мне о такой памяти только мечтать, - замечает Аллен, продолжая поиски нужной секции.
- Она не всегда бывает полезна, Аллен, - негромко говорит Лави, пытаясь вникнуть в смысл прочитанного текста.
Уолкер ничего не отвечает, лишь полностью сосредотачивается на поисках двадцать седьмой секции.
Лави дочитывает отчет, написанный некрасивым, кривым почерком и откладывает его в сторону. В руках Книжника оказывается очередная папка с очередными отчетами так похожими на все остальные. Потеребив пальцами завязки, Лави так и не открывает ее. Откинувшись на спинку удобного кресла, он смотрит на пыльный подоконник, на облупившуюся белую краску и не может понять того странного грызущегося чувства в груди . Канду он так больше и не видел с их первой не очень удачной беседы.
Сам Лави сидит в этом архиве больше недели, не выходя никуда, кроме как в туалет, еду и ту приносит заботливая Линали. И не то чтобы его это удручало, он же Книжник, порой и более длительное время приходилось проводить в архивах, библиотеках, монастырях, где хранятся старинные, ветхие свитки (и выдаются лишь под чутким руководством главного священника), и еще Бог знает в каких местах приходилось бывать. Но не здесь. Младшему Книжнику кажется, что, наверное, именно так и чувствует себя собака, посаженная на цепь после длительной воли. Он не знает, почему подобное сравнение приходит в голову, но именно так он себя сейчас ощущает. И еще Лави совсем не нравятся эти недомолвки со стороны учителя и Смотрителя. Вот уж два лиса!
Лави мотает головой, выбрасывая ненужные сейчас мысли, прежде всего - работа. А ее у него много. За три года отсутствия надо изучить все до единой бумажки, так сказал Книжник, чтобы быть в курсе. А для чего быть в курсе, наставник опять же не уточнил. Порой эта скрытность вызывала в душе раздражение. ННу неужели нельзя сказать об этом своему ученику? Подобное недоверие очень неприятно.
- Лави, - зовет Аллен, вымученно улыбаясь и отрывая Книжника от его далеко не радужных мыслей. - Я отнес те папки в нужную секцию.
- Отлично, не отнесешь еще вот эти в тридцать четвертую? Сможешь найти, где это? – Лави переводит вопросительный взгляд на Аллена.
- Вряд ли, - Уолкер виновато улыбается, - все так запутано, я, наверное, даже через лет двадцать не смогу ориентироваться среди всего этого.
- Ничего страшного, - Лави снисходительно треплет Аллена по белым прядям. Что не говори, а Аллен ему нравится больше всех в Ордене. Даже по истечении трех лет этот прОклятый паренек остается все таким же. Все они остались такими же, мысленно поправляет себя Лави. Линали тоже прежняя. Орден все тот же, не изменяющий себе. Но кое-что остается для Лави загадкой. Как, например, эти двое продолжают быть такими добрыми и открытыми, в чем-то даже наивными к окружающему их миру? Ведь они с самого детства видели, как и он сам, смерть, мучения и агонию других, и не один раз им приходилось убивать. Хотел бы Лави быть таким же, как они, но былого не воротишь. Дома сидеть в ту пору надо было, а не переться за стариком в поисках, как он тогда думал, сказочных приключений. Приключения действительно были, да еще какие! Но сказочного в них было мало, а точнее - совсем ничего.
- Прости, Лави, - виновато глядит Аллен из-под взъерошенной челки. - Вызвался тебе помогать, а в итоге только отвлекаю.
- Ерунда, мне тоже надо отвлекаться, а то буду пнем сидеть и стану такой же, как Панда, - усмехается Лави.
Аллен в ответ на его слова широко улыбается.
Со стороны входа раздаются чьи-то тихие шаги и Лави уже знает кто это, еще до того, как дверь архива осторожно откроется и в комнату заглянет Линали с легкой улыбкой на губах.
- Лави, тебя братик зовет, - говорит она и, переведя взгляд на Аллена, улыбается ему, прежде чем осторожно закрыть за собой дверь.
Книжник едва заметно хмурит брови, склонив голову к плечу. Бросает мимолетный взгляд на Уолкера, который с мягкой улыбкой сортирует папки, разбросанные по всему столу, в алфавитном порядке.
- Линали красивая, да, Аллен? – спрашивает Лави, не отрывая взгляда от лица Уолкера.
Аллен поднимает взгляд на Лави и удивленно моргает.
- Ну да, это же Линали, - Аллен пожимает плечами, вернувшись к делу, низко склонив голову, но Книжник прекрасно видит кончики покрасневших ушей.
- Она тебе нравится? - прямо спрашивает Лави, не отрывая взгляда от седой макушки.
- Она просто друг, хороший друг! – горячо восклицает Аллен, резко выпрямившись и смотря на собеседника.
Лави на сказанное лишь хмыкает, отметив румянец на бледных щеках.
- Верю, - заверяет Лави уже без насмешки.
Аллен кивает, избегая смотреть ему в глаза, и вновь возвращается к папкам.
- Но Смотрителю все же не попадайтесь, - негромко добавляет Лави, прежде чем закрыть за собой дверь, выходя в коридор. И он готов поклясться, что с той стороны закрытой двери слышит ругань, адресованную непосредственно в свою сторону.

***

Жар от огненной печати заполняет собой все пространство возле Лави, заставляя глаза слезиться от слишком сухого горячего воздуха. Уменьшив молот до компактного размера, он пристегивает его к креплению на бедре. Боковым зрением не скрытого повязкой глаза Лави видит, как Линали расправляется с последней акумой второго уровня. Отравленного газа в воздухе становится больше. Поморщившись, Лави закрывает неизменным шарфом нижнюю часть лица.
- А я уж было боялся, что потерял форму, - глухо произносит он приземлившийся рядом Линали.
- Замечательно справился, словно никогда и не расставался со своим оружием, - замечает девушка, откидывая с лица мешающую прядь волос.
Негромко переговариваясь, они удаляются с разгромленной поляны в сторону города, находящего в получасе ходьбы от места битвы.
- В последнее время Ордену не очень везет на Чистую Силу, да? – интересуется Лави, привычно закинув руки за голову.
- Да, словно вся Чистая Сила куда-то исчезла, - девушка прикусывает нижнюю губу, смотря на пыльную дорогу под ногами.
- Думаешь, дело рук Графа?
Линали отрицательно качает головой:
- У Графа тоже пусто.
- Странно это все, - Лави щурится, смотря на солнце.
- А что, если Чистая Сила не хочет, чтобы ее нашли? – серьезно говорит Линали, бросив на Лави вопросительный взгляд.
- Чистая Сила с собственным интеллектом? Это, пожалуй, будет занятно, - последние слова Книжник произносит невнятно, скорее для себя самого, чем для собеседницы.

***

Сняв в гостиной два номера, Лави садится в общем зале – на данный момент пустующем – за стол и расслаблено прикрывает глаз, поудобнее устроившись на стуле. Он слышит голос Линали, разговаривавшей со Смотрителем, звон посуды на кухне и похожую на пчелиный рой болтовню посетителей.
- Похоже, для тебя есть еще одно задание, - сочувственно произносит Линали, подходя к столу.
- Что говорит Комуи? – Лави открывает глаз и с интересом смотрит на китаянку. Похоже, его сперва хотели угробить в архиве, но передумали и решили сделать это, загрузив заданиями.
- Братик сказал, что завтра ближе к вечеру сюда прибудут Книжник и Канда, - Лави ощутимо напрягается, но не заметившая этого Линали продолжает: - Здесь неподалеку есть еще один небольшой город, в котором творится неладное, вам надо будет отправиться туда.
- Три экзорциста в один маленький городок, что за расточительство? – справившись с собой, интересуется Лави.
- Вообще-то, братик хотел только Канду отправить, вы же всегда вроде неплохо ладили, но Книжник тоже изъявил желание пойти, а ему и братик не может перечить, - пожимает плечами Линали, словно извиняясь.
- Неплохо ладили, - не удержавшись, Лави весело усмехается.
- Ну да, - девушка бросает на него странный взгляд, а потом, улыбнувшись кончиками губ, отворачивается к окну.
Лави многое знает, многое схватывает на лету, многое помнит, многое легко воспринимает на слух, но было одно исключение, которое он порой никак не мог понять – женщины. Ему не очень нравятся их загадочные взгляды, улыбки, намеки. Последнее он особенно не любит, неужели нельзя сказать прямо?
Этот странный взгляд, Лави не знает, как трактовать его и предпочитает сделать вид, словно ничего не заметил.
- Я, наверное, поднимусь наверх, завтра рано вставать из-за поезда, - вздохнув, Линали поднимется из-за стола.
- Да, конечно, отдыхай, - Лави протягивает Линали ключ одной из комнат.
- Лави, я надеюсь, что все будет как прежде, - напоследок желает девушка и направляется на второй этаж.
Лави так и подмывает спросить в прямую спину удаляющейся Линали:
«К чему ты это сказала?»
Осведомленность девушки его нервирует, хоть он и не хочет себе в этом признаваться.
«Она знает. Она точно что-то знает», - волчком вертится в голове навязчивая мысль.
«А Линали далеко не наивна» - криво усмехается Лави про себя.
А ведь шифровались в свое время с Юу просто замечательно, никто и заподозрить ничего не мог. Только Панда и догадался, и то далеко не сразу, а когда все понял, то навалял своему ученику по самое не балуйся за лишнюю привязанность.
Лави вновь прикрывает глаз, ощущая приятную расслабленность во всем теле, так всегда бывает после хорошей драки. Вспоминаются слова Линали о том, что старик также изъявил желание присоединиться к миссии. Вот прямо-таки и изъявил? А когда его отправляли на задание с Линали, что-то он не очень-то и рвался с ними. Лави хмурится еще сильнее и смотрит, как зал медленно заполняется людьми, что не удивительно, ведь время идет к ужину. В воздухе начинает отчетливее витать приятный запах готовящейся пищи и живот неприятно сводит от голода.
Решив, что сперва нужно поесть, а уже потом заниматься самокопанием, Лави поднимается из–за стола, намереваясь заказать себе ужин. Младший Книжник еще раз отмечает про себя, что порой девушки для него совсем непонятны: ну как можно уйти спать, так и не поев? Лави с сомнением бросает взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж.


Глава 4. Самый худший день

Этот день был одним из самых худших в жизни Лави. Он ненавидел холод буквально до зубовной дрожи. А погода словно взбесилась: если вчера на улице было солнечно, то сегодня небо заволокли свинцовые тучи и на город опустился промозглый туман. В такую погоду хороший хозяин и собаку из дому на улицу не выгонит.
С первого этажа на второй доносились смех, разговоры, песни. В подобное время практически все гостиницы оказывались под завязку заполнены. Лави вспоминает лицо хозяина гостиницы, обводившего посетителей довольным, масляным взглядом. Вот уж кто был рад подобной погоде, но никак не Лави.
Книжник и Канда пришли ближе к вечеру, как и говорила Линали, когда веселье внизу только набирало обороты.
Лави шмыгает носом, вспоминая причитания Панды по поводу того, что из-за погоды у него все кости болят. И абсолютно непроницаемый взгляд Канды, которым тот одарил Лави, словно какую-нибудь вещь - так, например, можно посмотреть на тумбочку, стоящую неподалеку. Но и с этим Лави мог смириться, тем более что и он сам скользнул по лицу мечника безразличным взглядом и сдержано поздоровался с Пандой. Хуже стало дальше, когда Книжник сказал, что практически все комнаты, кроме двух, одну из которых сейчас снимал Лави, были заняты. А это значит, что кто-то будет спать на полу, без одеяла. Канда тут же сказал, что поселенцы ему не нужны и гордо удалился восвояси, держа в руке заветный ключ, блеснувший ярлыком со старательно выведенной на нем чей-то рукой цифрой двадцать один.
Панда на полу, ясное дело, по умолчанию спать не будет и полом остается довольствоваться Лави. Без одеяла. Хорошенько промерзнуть и отлежать себе все, что только можно. Перспектива была неутешительная.
Чтобы хоть как-то скрасить этот вечер, Лави спустился в главный зал, где к этому времени уже вовсю шло веселье. Работы на этот вечер не предвиделось, а сидеть в комнате было просто глупо, поэтому младший Книжник решил провести время с пользой.

Симпатичная блондинка с волосами, завитыми в причудливые кудряшки, подсела к нему, как только он устроился за дальним столиком. Если повезет, то она вполне может скрасить унылый вечер, по крайней мере, именно на это рассчитывал Лави.
Когда дело дошло до обоюдно-приятного времяпровождения, они поднялись наверх, где, немного не дойдя до комнаты, Лави прижал ничуть не сопротивлявшуюся девушку к стене, чтобы впиться в рот жадным поцелуем. Все равно коридор второго этажа был пуст, все веселье было сосредоточено внизу. Девушка смеялась, охотно отвечала на поцелуи и попутно распутывала завязки на своем платье. Лави был счастлив провести эту ночь не на холодном полу.
В тот момент, когда с верхними всевозможными замочками было покончено, Лави сжал в руке мягкую пышную грудь, от чего девушка негромко простонала ему в рот, не прерывая поцелуя.
Но того, что его довольно грубо оттащат от златокудрой красавицы, да еще и нос практически сломают, он не ожидал.
Как оказалось, красавица была помолвлена, что ей, в принципе, не помешало практически переспать с незнакомцем. Пока Лави пытался прийти в себя от столь внезапного и абсолютно подлого, по его мнению, нападения, девушку силой стащили вниз по лестнице и, судя по удаляющейся ругани обеих сторон, потащили к выходу. Лави укрепился во мнении, что девушек он совсем не понимает.


С трудом поднявшись на ноги, Лави трогает нос, дабы убедиться, что тот не сломан. Тяжело вздохнув, младший Книжник прислоняется головой к стене. От выпитого внизу алкоголя Книжник ощущает приятную расслабленность во всем теле, теперь хочется только спать. Прищурившись, Лави смотрит на номер комнаты слева от себя. Цифра двадцать один ему о многом говорит. Например, о том, что за дверью можно обнаружить спокойного Юу, который либо пялится в пустоту – Лави замечал за ним в прошлом такую привычку – либо спит. Злым и нелюдимым Канда бывает только на людях, младший Книжник знает это.
Оттолкнувшись от стены, Лави направляется в сторону комнаты с номером двадцать один. Будь он трезв, то не стал бы этого делать, но хмель туманит разум и толкает на приключения.
Толкнув незапертую дверь, Лави входит в комнату, совсем не задумавшись о том, что скажет человеку, в данный момент сидящему на кровати с ногами и вертящему в руках ключ. Увидев Лави, Канда замирает и впивается в незваного гостя взглядом из-под челки, тем самым, после которого окружающие его люди стремятся как можно скорее разбежаться по своим делам. Но на Лави этот взгляд давно не действует. Вот и сейчас он закрывает за собой дверь и садится на единственный в комнате стул. Канда провожает его ничего не выражающим взглядом - Лави окончательно ведет от выпитого ранее и он отвечает широкой пьяной улыбкой.
- Напился, - наконец с отвращением говорит Канда сквозь зубы.
- Блондинки коварны, - изрекает Лави, осторожно дотрагиваясь до своей припухшей переносицы. Мечник не понимает о чем он, но желание выгнать отсюда полудурка пинками практически осязаемо.
- Пошел вон, - все так же сквозь зубы цедит Канда, кивком указав на дверь.
- Юу, - Лави поднимается со стула и подходит к краю постели, встав напротив брюнета и смотря на того сверху вниз, - я скучал.
Терпение Канды никогда не было безграничным, а порой и вовсе казалось, что оно отсутствует. Почувствовав, что волна раздражения и гнева рвется наружу, Канда резко пинает Книжника ногой в колено и, вскочив на ноги, хватает упавшего от удара Лави за шиворот и зло шипит в ухо:
- Скучал? Скучал?!
В этот момент Лави понимает, что сам на себя накликал беду.
Канда в гневе.
Кажется, словно комнату заполняет эта злоба, плотная, как тот туман на улице, хоть ножом режь.
Сглотнув, Лави судорожно пытается подобрать правильные слова, лишь бы не разозлить Канду еще больше, хотя кажется - куда еще больше?
- Юу, - наконец говорит он и не успевает больше ничего добавить, как в скулу со всей силы врезается кулак.
- Не называй меня по имени, - уплывающим от боли сознанием Лави явно слышит рычащие нотки в его голосе.
Пока Книжник пытается прийти в себя и сесть, его вновь грубо хватают за шкирку, вздергивают на ноги и куда-то тащат. Когда на него льется ледяная вода, приправленная ругательствами, он не может сдержать судорожного вздоха и попытки вырваться, но куда там - рука крепко держит за воротник кофты. От ледяной воды в голове все проясняется, от стекающих под одежду струй становится неприятно и холодно. Наконец закончив экзекуцию, Канда вновь рывком вырывает его из-под ледяного душа и выключает воду. Грубо швырнув Лави на стул, кидает следом и полотенце. Сев на край постели он, прищурившись, смотрит на Книжника все тем же злым, горящим взглядом.
Лави не торопится поднимать голову. Тело пробирает дрожь, мокрая одежда неприятно липнет к телу. Скулу и нос неприятно саднит, во рту чувствуется металлический привкус железа, ребра, по которым пнул Канда, ноют, больно сделать даже глубокий вздох. Шмыгнув носом, Лави еще раз думает, что это один из наихудших дней в его жизни. Мог бы приятно провести время в объятиях златокудрой красотки, но вместо этого его побили на пятерочку с плюсом, мрачно думает Лави вполне трезвой головой. И сейчас идея прийти в номер к Юу ему кажется не такой уж замечательной, скорее уж самоубийственной.
- Протрезвел? – холодно интересуется Канда, не сводя с него взгляда.
Лави кивает в знак согласия, так и не поднимая взгляда на Юу, и упрямо продолжает протирать мокрые волосы.
Наконец, вздохнув, Лави опускает полотенце и смотрит на Канду, встречаясь с ним глазами. Они молчат несколько секунд, не сводя друг с друга взгляда.
- Какого черта ты вернулся? – наконец спрашивает Канда.
- Это работа, - тихий ответ.
- Ненавижу тебя и твою чертову работу, лучше бы ты был каким-нибудь пастухом в Альпах, - Канда со всей силы сжимает кулак и Лави надеется, что за этим не последует очередной удар. Все же рука у Юу очень тяжелая.
- Как романтично, пастух в Альпах, - горько усмехается он.
- Ненавижу тебя, - как-то бессильно выдыхает Канда, резко поднимается и дергает Лави на себя.
Из-за неожиданного движения и холодной ярости в глазах Юу, Лави решает, что его опять будут бить, и мысленно готовится к худшему. Но вместо того, чтобы врезать от души по наглому рыжему Книжнику, Канда целует его. В этом поцелуе нет никакой нежности, каждый из них пытается установить свое главенство. Наконец Лави запускает руку в волосы Канды, сдергивает шнурок с волос, бросая его в сторону, и тут же вцепляется в волосы и тянет, причиняя боль. Канда в долгу не остается и, вцепившись мертвой хваткой в шевелюру Книжника, в отместку дергает со всей силы - от боли у Лави на глазах выступают слезы.
- Отпусти волосы, - тихо выдыхает Канда в самые губы, ловя чужое дыхание.
- Сам отпусти, - упрямо произносит Лави сквозь пелену боли.
Канда в ответ хмыкает. Книжнику кажется, что мечник сейчас у него приличную часть скальпа снимет. Наконец он принимает рациональное решение и разжимает руку, через мгновение Канда ослабляет и свою хватку. Лави прислоняется своим лбом к чужому и вслушивается в такое же, как и у него самого, сбитое дыхание.
- Тупой кролик, - хрипло произносит Канда.
- И когда же ты перестанешь себя как ребенок вести? – Лави едва заметно усмехается и наконец обнимает горячее тело напротив.
- Отпусти, ты мокрый, - негромко произносит Канда: в голосе уже нет тех рычащих ноток, надменности или холодности, это голос самого обычного человека.
- Словно и не было тех трех лет, - надломленным голосом говорит Лави, не обратив на просьбу Канды внимания.
- Были, были долгие, однообразные три года, - отвечает Канда, не повышая голоса, и Лави сглатывает комок в горле и еще крепче прижимается к брюнету.
- Я сказал, отойди, ты мокрый, - раздражение в его голосе напускное.
- А кто виноват в том, что я теперь мокрый и замерзший? – тихо спрашивает Лави, даже и не думая ослабить хватку.
- Все так же мерзнешь, - Книжник готов поспорить, что в голосе Канды он слышит намек на улыбку.
- Ничего не меняется, - кивает Лави.
Канда делает глубокий вздох и пытается вспомнить, как же все это началось тогда, еще до внезапного ухода Книжника и его ученика.
- Эй, Юу, все же я скучал, - сущность Книжника-Лави в этот момент ненавидит и презирает Лави-человека.


Глава 5. Легенда о Чертовой башне

Старый Книжник стоит спиной к двери и разглядывает темноту за окном. Гуляние внизу практически подошло к своему логическому завершению.
Он уже не задает себе вопроса, где носит его непутевого ученика.
И так прекрасно знает где. Вот же спелись, за уши не оттащить. Книжник хмурится и стучит пальцем по стеклу. Теперь он еще больше уверен в том, что не стать этому балбесу настоящим Книжником, а значит правильно он поступил, поговорив с Комуи и обсудив практически все детали.

***
Лави лежит на спине, по пояс раздетый, укутавшись в колючее одеяло и прикрыв глаз, и ощущает боком приятное тепло. Канда же лежит на боку: спокойно, глубоко дыша.
- Спишь? – тихо спрашивает Лави, повернув голову в сторону брюнета.
- Отстань, - беззлобно отвечает Канда, так и не открыв глаза.
- Тебе не холодно? – Лави еще плотнее укутывается в одеяло.
- Будет холодно - отберу одеяло, а тебя в окно выброшу, падение со второго этажа не смертельно, - ворчит Канда.
- Как же это похоже на тебя, Юу, - отзывается Лави, устраиваясь удобнее.
- Что ты возишься там, бестолковый кролик? – раздраженно бросает Канда, когда Лави нечаянно попадает ему локтем в бок.
- Мне неудобно.
- Если не перестанешь ерзать, то спать будешь на полу, - и немного подумав, добавляет, - и без одеяла.
Возня сразу прекращается.
- И тебя совесть не замучает от того, что твой товарищ на полу будет замерзать? – интересуется Лави.
- Совесть? Ты это о чем? – фыркает Канда.
Подобная перепалка доставляет ему удовольствие. Словно в старые, добрые времена.
- Ну да, нашел, у кого спросить, - вздыхает Лави, зарываясь носом в подушку.
- Спи уже, - тихо советует Канда, закрыв глаза.
Лави еще раз вздыхает и смотрит на темный затылок в полумраке комнаты. Гуляние внизу совсем стихло. Оно и не удивительно - временя уже далеко за полночь.
«Интересно, что Панда подумает, если я не вернусь в комнату» - уныло размышляет Лави. Не повторять ошибок прошлого не так просто, как кажется, особенно когда рядом такое родное тепло, запах. Сглотнув, Книжник гонит прочь все мысли из головы и заставляет себя наконец уснуть.

***

Наутро Лави сидит внизу и не спеша доедает свой холодный завтрак, изучая собранную Искателями информацию. На наставника он старательно не смотрит, делая вид, что его очень сильно занимает написанный отчет. Старший Книжник в свою очередь маленькими глотками пьет горячий чай и не отводит взгляда от ученика.
- Доброе утро, - доносится с лестницы голос Канды. Книжник отмечает, что рука Лави, держащая отчет, едва заметно дрогнула, не будь у него огромного опыта за спиной, он бы и не заметил этого.
Спустившись вниз, Канда садится за стол между Лави и его учителем.
- Доброго, - кивает Книжник, не сводя взгляда со своего ученика.
- Доброго, - безразлично роняет младший Книжник, не отрывая взгляда от прочитанного уже, наверное, в сотый раз текста.
Канда пододвигает к себе нетронутую, еще теплую кружку чая, стоящую на столе.
- Наша задача - выяснить странную аномалию в городе Хеб, - начинает старший Книжник.
Канда кивает.
- Мне уже доводилось бывать в этих местах. Если выйдем сейчас, то к полудню успеем добраться до города.
- Отлично, тогда заканчиваем завтрак и выдвигаемся, - Книжник кивает своим мыслям, допивая чай. Переведя взгляд на все так же усердно читающего Лави, он не выдерживает:
– Лави, положи уже наконец отчет на стол, в нем нет ничего особенно важного, и доедай свой завтрак.

***

Младший Книжник мрачно смотрит на молочный туман у себя под ногами. Они в пути уже часа три, а он даже и не думает рассеиваться, но больше всего докучает сопутствующая ему сырость.
Подняв голову вверх, он смотрит на мутное солнце, чьим лучам не достигают земли.
«Отвратительная погода», - раздраженно думает Лави, пиная попавшийся под ноги небольшой камешек.
Когда утром он, умывшись и одевшись во все еще немного сырую после вчерашнего "душа" одежду,спустился вниз, Панда уже был там и смерил ученика далеко не приветливым взглядом. Лави подумал, что вот сейчас ему точно попадет и оказался прав. Книжник отчитал его на чем свет стоит и, немного успокоившись, как-то устало вздохнул и кивнул на отчет, приказав ознакомиться.
- В городе ведь чертовщина происходит непосредственно только возле одного места? – не выдержав больше молчания, спрашивает Лави.
- Да, что–то странное периодически происходит только возле замка Хеб, - произносит Книжник.
- А что насчет акума? Эти твари всегда появляются недалеко от Чистой Силы.
- Один из Искателей заметил пару акум несколько дней назад. Именно по этой причине мы сейчас направляемся туда, - негромко отвечает впереди идущий Канда, не оборачиваясь.
- Ясно, - Лави засовывает руки в карманы, предвкушая новое интересное приключение, которое после можно будет описать в своем походном блокноте.
- Замок Хеб, значит, - Панда задумчиво смотрит вперед.
- Ты о нем знаешь? – Лави бросает любопытный взгляд на учителя.
- Я знаю несколько легенд об этом месте.
- Никогда не читал ничего подобного. О чем говорится в этих легендах? – В глазах Лави зажигается интерес. Даже Канда слегка поворачивает голову в их сторону.
Сделав глубокий вздох, Книжник некоторое время собирается с мыслями, а затем начинает рассказ:
- Давным-давно, в те старые времена, когда еще весь город Хеб был окружён крепостными стенами, жила здесь в доме "У двух принцев" вдова Мария Мартин вместе с дочерью. Как это иногда случается, мать была просто "без ума" от красоты своей дочери. Покупала ей всё новые и новые наряды и украшения, ещё великолепнее и изысканнее прежних. Ухаживала за ней, как за редкостным, выращенным в оранжерее хрупким цветком, оберегая от малейших житейских трудностей и забот. Девушку звали Розали. С каждым днём она становилась всё более требовательной и капризной, представляя себе, что весь свет должен был служить ей так же, как это делала её мать.
В городе не существовало развлечений, где Розали не появлялась бы в новом, ещё более прекрасном наряде, затмевая своей красотой остальных девушек. Вокруг неё толпились самые знатные и богатые юноши города, однако никто из них не привлекал внимание Розали. Она ждала принца, который явился бы к ней из далёких краёв, своей красотой и богатством затмив окружающих.
В канун Рождества зал в доме "У золотого солнца" озарялся сотнями восковых свечей. В невообразимых маскарадных костюмах танцевала молодёжь. Некоторые из гостей явились на бал в родовых рыцарских доспехах, другие ослепляли великолепием восточных нарядов, иные, подпрыгивая и позванивая колокольчиками под всеобщие взрывы смеха, веселили остальных в своих красочных шутовских костюмах.
Розали в наряде цвета утренней зари, в кружевах, подобных нежнейшим облакам в небе, была украшением бала. Её драгоценности горели дивными звёздами, лицо прикрывала тончайшая золотая вуаль. Шаги её были легки, как весенний ветерок. Рядом с ней кружил в танце чужестранец - статный, с необычайно прекрасным телосложением, одетый в облегающий костюм из золотой парчи с редкостным узором переливающегося алого цвета. Черная маска скрывала его лицо. Из алого шёлка были его перчатки и шапочка, украшенная двумя чёрными перьями. Талию обвивал пояс в виде змеи из красного золота (временами казалось, что змея оживала и двигалась), каждая пуговица на его костюме была бриллиантом величиной с орех.
Близилась полночь. Свечи догорали. Отзвучали последние музыкальные аккорды. Только одна пара продолжала кружиться в танце. Розали и незнакомец, подчиняясь ритму единственно им слышной музыки, парили между присутствующими гостями, провожавшими их завороженными взглядами. Лакеи распахнули двери настежь и незнакомец, увлекая за собой Розали, проскользнул из зала на мраморную лестницу, затем вниз по ступенькам, прямо на заснеженные тёмные хебские улочки. Снежные хлопья вихрем кружились вокруг танцующей пары. Вскоре никого нельзя было разглядеть в темноте, так стремительно унеслись они по узкой улочке, ведущей к крепости. Лишь издалека всё ещё доносился грудной смех Розали.
Внезапно ночную темноту пронзил страшный крик. Вслед танцующей паре с распростёртыми руками бросилась женщина, одетая во всё чёрное.
На башне пробило два часа ночи. На площади всё стихло.
Перед рассветом, обходя вокруг крепости, ночной дозорный услыхал печальные причитания и плач, доносившийся из башни, стоящей над самой рекой. Подойдя ближе, он увидел перед собой неподвижную заснеженную фигуру. Это была Мария Мартин - совершенно замёрзшая. Глаза её были широко открыты и налиты кровью, у ног лежала алая атласная шапочка с двумя чёрными перьями, а рядом с ней - золотая вуаль.
Из башни доносился грудной смех, такой странный и болезненно-печальный, что ночному дозорному стало жутко. Сердце его сжалось. Он хотел войти внутрь, но дверей нигде не было. Заметив на стене что-то странное, он поднял над собой фонарь и увидел надпись: "Чёртова башня".
До сей поры стоит эта башня над рекой. Один раз в год, на Рождество, перед рассветом доносится из неё девичий смех, такой странный и печальный, что у того, кто его услышит непременно сожмётся сердце.
Книжник заканчивает говорить и переводит дыхание.
- Жаль, что сейчас не Рождество, - тянет Лави, усмехаясь.
- Идиот, все бы тебе за юбками бегать, - отчитывает его Книжник.
- В легенде упоминается, что на башне пробивает два часа ночи, - Канда внезапно останавливается и оборачивается к своим спутникам, - в отчете несколько раз упоминается это время.
- Да, именно в это время Искатели видели что–то странное несколько дней подряд, - кивает Лави, вспоминая прочитанный утром отчет.
- В каждой легенде есть доля правды, - философски замечает Книжник.

Примечания к пятой главе:

1. Вблизи р. Оргжи в центре Богемии находится замок Хеб, являющийся единственным замком, выстроенным в романском стиле. Первоначально замок назывался Эгер, по немецкому названию р. Оргжи, и принадлежал одному из немецких королей Фридриху I Барбароссу.
В данном тексте на историческую точность я не делаю абсолютно никакого упора. Если есть не точности - не надо их воспринимать всерьез.
2. Сперва я хотела сделать пересказ легенды о Чертовой башне, что рассказывает Книжник, но подумав, поняла, что теряется вся соль (да и скупо как – то получается). Кроме того у Книжников ведь удивительная память, так что Панде ничего не стоит пересказать ее слово в слово. Легенда мне не принадлежит и была полностью взята отсюда - www.castlemania.ru/legends5.html (помимо этого на сайте полно интересных замков и легенд)).


Глава 6. Замок Хеб

Жители города Хеб встречают их без особой радости. Кто–то, с опаской косясь на Муген Канды, старается как можно скорее пройти мимо. По их мнению, мрачный мечник более опасен, чем старик и идущий рядом с ним рыжий парнишка, беззаботно закинувший руки за голову.
Так же экзорцисты не могут не отметить неестественную тишины на улицах, по которым им доводится проходить. Жители чего–то опасаются, в воздухе словно чувствуется этот легкий привкус страха. Лави думает над тем, какими бы словами описать этот оттенок страха, но кроме кислого с некоторой прогорклостью ничего в голову не приходит. Чем дальше они заходят в город, тем четче чувствуется страх и напряжение. И Лави готов голову отдать на отсечение, чтобы утверждать, что эту напряженную атмосферу уж точно не они вызвали своим приходом.
Со стуком захлопываются ставни, скрывая от чужих глаз любопытно выглядывающих из окон детей.
- Странное место, - Лави, хмуро оглядывается.
- Место нормальное, просто жители действительно чем–то напуганы и причина всего этого находится там, - Книжник указывает рукой вправо от них.
Лави может разглядеть, насколько позволяет расстояние, что стены замка Хеб выложены из красного кирпича, и над этой ровной массивной стеной возвышается черная башня, смотрясь инородно и нелепо.
- Как безвкусно, - замечает Лави.
- Странное место, словно в ожидании чего–то нехорошего, - замечает до этого молчавший Канда.
- В ожидании ночи, - словно воронье карканье раздается рядом и кто–то крепко хватает Лави за локоть.
Вздрогнув от неожиданности, младший Книжник смотрит на безумную на вид женщину.
Черный платок, которым покрыта голова, съехал на бок, открыв растрепанные каштановые волосы, тронутые сединой.
- И что же происходит с наступлением ночи? – спокойно интересуется Книжник.
Женщина обращает на него свой безумный взгляд и еще крепче сжимает локоть юноши.
- Она начинает бродить по улицам… моя маленькая Фелиция, моя девочка, - начинает причитать женщина дрожащими губами.
- Они забрали ее у меня. Ведьма! Ведьма в том замке живет. Моя маленькая Фелиция, - женщина начинает рыдать, из–за чего половину сказанного становится нельзя разобрать.
- Кто же у вас забрал Фелицию? – мягко интересуется Лави, пытаясь осторожно отцепить от своего локтя чужие пальцы.
- Они. Это они виноваты. И эта ведьма! На костер ведьму! – незнакомка отпускает его локоть и, вцепившись пальцами в свои волосы, падает на колени посреди дороги, продолжая причитать.
- От нее не добиться связной речи, - произносит Книжник и направляется к замку.
- Похоже, все жители его остерегаются, - замечает Лави, кивая на сооружение.
- Думаю, если мы поговорим с хозяйкой замка и на пару дней здесь задержимся, чтобы все проверить, то все встанет на свои места, - рассматривая черную башню, замечает Книжник.
- Зловещий городок, а, Юу? – впервые за весь день обращается Лави к Канде.
Брюнет в ответ только хмыкает, разглядывая сооружение в туманной дымке.
- Туман странный, - тихо замечает он, ни к кому не обращаясь.
«Похоже, солнце обделило эти места теплом», - невесело думает Лави.

Оказавшись внутри, младший Книжник отмечает, что замок не только снаружи неприветливый, но и внутри своим мрачным убранством навевает только депрессивные мотивы.
Пускай Черный Орден внутри выглядит похоже, но его атмосфера пропитана гораздо большей симпатией, чем стены замка Хеб.
Хозяйка, худая женщина за сорок, одетая в строгое черное платье и со столь же строгой прической, встретившая их, радушием не отличалась.
Смерив троих экзорцистов тяжелым взглядом, она недовольно поджимает губы и сухо цедит сквозь зубы:
- Рада приветствовать вас. Меня зовут Клаудия Фридрих.
- Простите, мадам, но позвольте спросить? – доброжелательно спрашивает Книжник.
Дождавшись сдержанного кивка хозяйки, он продолжает:
- За стенами замка люди чем–то напуганы, вы не можете предположить причину?
- Откуда мне знать, чем горожане могут быть обеспокоены, - резко отвечает Клаудия.
- Я понимаю, что вы не рады нас видеть, но давайте сведем эту неприязнь к минимуму. Вы расскажете нам все, что знаете, мы же взамен не станем здесь задерживаться и, выполнив свою работу, сразу же удалимся, - все тем же доброжелательным тоном предлагает Книжник.
Хозяйка хмурится, размышляя несколько секунд.
- Хорошо, - наконец говорит она, - в чем конкретно заключается ваша работа?
- Нам нужно вычислить причину аномалии, которая происходит здесь по ночам.
- Хорошо, - кивает Клаудия. - Мирела! Проводи наших гостей в их комнаты.
- Обещаю, мы сразу же удалимся, как только закончим здесь, - Книжник склоняет голову в легком поклоне в знак уважения.
- Благодарю вас. А теперь простите, мне нужно заняться делами, слишком много работы в последнее время, - Клаудия повторяет его жест и выходит за дверь.
- Следуйте, пожалуйста, за мной, - тихим голосом говорит девушка.

***
Раскинув руки в разные стороны, Лави смотрит в темно–серый потолок с цветущей на нем плесенью. Ощущения чего-то тревожного никак не хочет покидать его. Юноша хмурится и пытается понять источник этого чувства. Прислушивается к себе, но так и не находит ответ.
Внезапно дверь без стука распахивается. Вздрогнув от неожиданности, Лави сразу же садится на постели, смотря на человека, побеспокоившего его.
- Ты ничего не заметил? – хмуро спрашивает Канда, тихо закрыв за собой дверь.
- Смотря что ты имеешь в виду этими словами, - отвечает Лави.
- Чистая Сила, придурок рыжий, ее присутствие больше не чувствуется, - беззлобно откликается Канда.
Лави прошибает осознание - вот откуда исходит это тревожное чувство! Он дотрагивается кончиками пальцев до молота в креплении на бедре, но никакого оклика не получает от своей Чистой Силы.
- Что–то блокирует ее? – спрашивает он.
- Не знаю. Разве можно блокировать Чистую Силу? – Канда передергивает плечами и подходит к окну.
Лави склоняет голову и прячет улыбку. Юу выглядит встревоженным и несколько потерянным из–за этого казуса.
- Вполне возможно, что в этом виновато что–то, из–за чего здесь творится аномалия. Как считаешь, это Чистая Сила такая? – серьезно спрашивает Лави, поднимаясь с постели на ноги.
- Не знаю, - коротко отвечает Канда, пристально смотря в окно.
- До ужина еще достаточно времени. Если хочешь, мы можем сходить до этой Чертовой башни, - предлагает Лави.
Канда скашивает на него взгляд, размышляя несколько секунд. Наконец, коротко кивнув, он двигается обратно к двери.

- Обычная башня, - Лави шмыгает носом. - И холодно, как и во всех каменных башнях.
- Что же здесь не так? - Лави видит в свете коптящего стену факела, как Канда задумчиво хмурит брови, внимательно разглядывая стены и пол.
- Похоже, то, что мы ищем, появляется здесь лишь ночью, - Лави плотнее запахивает форменную куртку. - Пошли уже отсюда. Мы и так около часа тут бродим.
Фыркнув и не сказав больше ни слова, Канда начинает спускаться вниз по винтовой лестнице, придерживаясь стены. Лави следует за ним.
Когда Канда резко останавливается, Книжник едва не стукается об его спину носом.
- Ты чего? – недовольно спрашивает Лави. Единственное желание его заключается в том, чтобы поскорее выбраться из этой пропитанной сыростью башни.
- Здесь же была только одна лестница? – на всякий случай спрашивает Канда.
- Конечно, - Лави выглядывает из–за его спины и недоуменно смотрит на тупик впереди.
- А где дверь? – моргнув, спрашивает Книжник, растерянно посмотрев на своего спутника.
- Ты это у меня спрашиваешь? – раздраженно откликается Канда, смотря по сторонам.
- Это совсем не страйк, - бормочет Лави, продолжая растерянно взирать на резко заканчивающуюся лестницу и кирпичную кладку.
Когда, словно по команде, гаснут все факелы, они не двигаются с места, напряженно вглядываясь в темноту, готовые отразить возможную атаку.
Канда проводит ладонью по влажной стене.
- Вряд ли это чья–то злая шутка, - замечает он.
- Ну да, не верится, что человеку такое под силу, - Лави мрачно ощупывает место, где когда–то была дверь. Под пальцами лишь холодные и слегка влажные камни.
- И как отсюда выбраться? – наконец интересуется Книжник.
- Без понятия, - отвечает Канда, садясь на одну из ступеней.
- Не верится, что нас услышат с той стороны. Когда–то мне уже доводилось читать о подобных местах, - внезапно мрачно говорит Лави.
- И?
- И ничем хорошим эти истории не заканчивались, - Лави садится рядом.
Младший Книжник еще раз обводит взглядом окружавшее их пространство. Никакого намека на хоть одно окно или дверь. Лави понимает, что, по идее, они сейчас должны находиться в абсолютной темноте, но, тем не менее, словно от самих стен начинает исходить слабое зеленоватое свечение. Почему–то этот свет кажется Лави зловещим.
Переведя взгляд на Канду, он замечает, что тот тоже рассматривает стены.
- На фосфор похоже, да? – спрашивает Лави.
Канда еще раз проводит рукой по стене - на пальцах остается густая зеленая слизь. Понюхав ее и попробовав, Канда сплевывает под ноги, мрачно отряхивая пальцы.
- Это точно не фосфор.
- Что же все-таки с этим местом не так?
- Тихо, - внезапно шикает на него Канда, к чему–то внимательно прислушиваясь.
- Я тоже слышу, - тихо говорит Лави.
Как по команде, юноши смотрят вверх лестницы, откуда раздается тихий плач.
- Думаешь, мы здесь не одни? – шепотом спрашивает Лави, осторожно поднимаясь вместе с Кандой вверх.
- Зашли мы точно сюда только вдвоем. Надо быть осторожнее, - в зеленом свечении Лави видит, как Канда сосредоточенно смотрит вперед.
Поднявшись до конца лестницы, которая упирается в тупик, они так никого и не обнаруживают.
- Ну что, уже можно начинать паниковать? – интересуется Лави, невесело усмехаясь.
- Если ты это сделаешь – я тебя придушу, - просто отвечает Канда.
- А ведь по ту сторону башни время может идти иначе, - Книжник задумчиво закусывает губу.
- Так что ты знаешь о подобных местах? – Канда вопросительно смотрит на Лави.
- В записях их называли Границами. Странными и необъяснимыми для понимая человека.
- Что же особенного в этих Границах? – Канда вновь присаживается на одну из ступеней.
Лави пожимает плечами.
- О них ходят разные слухи. Кто–то говорит, что эти Границы переносят тебя в искривленную реальность, кто–то считает, что это Граница изнанки мира, а кто–то полагает, что это Граница яви и сна, - негромко говорит Лави.
- Граница в башне? – с сомнением спрашивает Канда.
- Она может возникнуть в самом неожиданном месте. И не все выбирались из этой Границы, а те, кому везло, были безумны, - невесело усмехается Лави.
- Мы и так безумны, - криво улыбнувшись, замечает Канда.
- Теперь становится понятно, куда угодила Розмари из легенды со своим спутником.
- Получается, Чистая Сила здесь ни при чем?
- Кто знает, - говорит Лави, смотря в темноту перед собой.

@темы: D. Gray man, R, Канда Ю, Канда/Лави, Книжник, Лави, Мое творчество, На границе яви и сна, Фанкфикшн

URL
Комментарии
2012-11-12 в 01:29 

E-Katy
не важно то, что я слышу, важно то, что я вижу, особенно когда закрываю глаза...(с) \ / Моллюсколавер!
Урра! Долгожданное продолжение!:ura: Сюжет все более интригует! Какие они прекрасные у тебя:heart: Жду уже новую проду!

2012-11-13 в 08:37 

Кринум
У меня много идей! Проблема в том, что большинство из них — полная хрень!
E-Katy, спасибо)). Слава вычитывающему человеку)) мы с ней немного застряли в правке над первыми главами, посему и затянули с выкладкой последней главы)).
Жду уже новую проду!
как сказал один человек с фикбука: "Автор, ты должна успеть закончить этот фик до конца света". Так что до конца света точно постараюсь его завершить :vict:

URL
2012-11-13 в 10:19 

E-Katy
не важно то, что я слышу, важно то, что я вижу, особенно когда закрываю глаза...(с) \ / Моллюсколавер!
Так что до конца света точно постараюсь его завершить :vict:
Кринум, что ж звучит обнадеживающе! :lol::vict::ura:

2012-11-13 в 10:40 

Кринум
У меня много идей! Проблема в том, что большинство из них — полная хрень!
E-Katy, и не говори :lol:

URL
   

Мне все лень - я тюлень! ┐( ̄∀ ̄)┌ Трудовой лагерь для неблагонадежных(❛ᴗ❛)

главная